Делимся с вами впечатлениями фронтового врача. Эту заметку врача нам прислал с передовой житель Мирного Владимир Шарыпов.

Делимся с вами впечатлениями фронтового врача. Эту заметку врача нам прислал с передовой житель Мирного Владимир Шарыпов.

Обычный день

День начался поздно. Если сказать точнее, я проснулся поздно, около 9 часов утра. Это значит, что раненых не привозили, и просто получилось выспаться, насколько это возможно в АСке. Что такое АСка? Это автомобиль санитарный на базе Урала или КАМАЗа.

На улице было холодно. Хмурое небо, сильный пронизывающий ветер, дождь периодически моросил, но заморозков ещё не было. Дорога уже размякла и превратилась в кашу. Особенность почвы в этих местах в том, что когда она сухая, то твёрдая, как камень, а когда сыро – она, как очень липкая глина, но чёрного цвета. Ноги скользят, как на льду, и комья грязи налипают в виде второй, а то и третьей подошвы.

Выпил горячего чая с кексиком из гуманитарки. Взяв яблоко, пошёл в наш медпункт-перевязочную-операционную-ожидальню для пациентов-блиндаж. Где ещё и живут ребята «Пианист» (врач уролог) и «Холера» (фельдшер).
Раненого привёз «Ник» с передка. Парень сидел в кабине с отрешённым видом и ждал, что с ним будет дальше.

- Ранение в ноги, ходить не может, - сказал сопровождающий, высокий худощавый фельдшер с рыжей бородой.

На руках занесли бойца в блиндаж. Уложили на носилки, сняли черный от грязи и мокрый спальник, укрывавший его для тепла.

Это был парнишка с большими карими глазами лет двадцати. Звали его Саня, позывной Мулат (данные изменены). Форма была зелёный пиксель, вся мокрая, вымазана в жирном местном черноземе. Не верилось, что когда-то она была зелёного цвета. На голени и стопы обеих ног намотано термо-одеяло золотистого цвета вместо обуви. Общий вид этого пацана был весьма оригинальный.

В испуганных глаз – страх, боль и непонимание. Что будут делать здесь? И самый главный вопрос: сделают ему больно или нет?

Ранение он получил вчера около восьми часов утра, а вывезти его смогли только сегодня утром. День и ночь он провёл в окопе. Температура ночью опускалась до нуля градусов, был легкий освежающий дождь и почти постоянный пронизывающий ветер.

Ранило паренька во время боя: взяли окоп, в котором был противник, а потом в них полетели гранаты, ему прилетела американская игрушка Ф-11. Кто знает, тот поймёт. Была яркая вспышка, удар, тишина, и потом боль в ногах…

От него пахло мочой, какой-то гарью и немного кровью…

Я встал на ноги, «Холера» на вену. Пока я снимал «космическое» одеяло с ног, ребята поставили периферию (внутривенный периферический катетер в кубитальную вену на руке) и начали инфузию. Далее по отработанной схеме: декса (дексаметазон), обезбол (кетарол), антибиот (ципрофлоксацин), глюкоза, грелка (кальция глюконат).

Когда был введён обезбол, начал работу сам с правой ноги. Положив чистую пеленку и по возможности убрав грязь, я снимал повязки с правой голени. Парень немного ойкал. Там была ерунда: множественное СОР (слепые осколочные ранения) голени – семь ран размером до 1 см в диаметре, не очень глубокие. За два месяца нахождения на войне начал это уже различать (первого моего раненого привезли через полчаса после приезда из России на прописку, то есть на постоянное место расположения подразделения). Осмотрев голень и стопу, понял, что переломов нет. Раны промыл перекисью, наложил повязки с йодопироном на голень. Тут всё, констатировал я.

Так, пойдём к левой. Сняв повязки, понял, что этой ноге повезло меньше. На передней и латеральной поверхности левой голени были четыре большие рваные раны продолговатой формы разные по размеру и чёрного цвета. Кожа между ранами двигалась, как брючина вокруг ноги. Самая большая была около 10 см в длину и 4 см в ширину, остальные чуть поменьше. Крови было немного: грязь и холод её остановили.

На стопе переломы второго и четвртого пальцев, частичная ампутация третьего. Палец висел на коже, и парню он был уже не нужен. Точнее, третий палец был уже сам по себе…

Пацану повезло: осколки скользнули по мягким тканям и не задели кости. Могло оказаться, что нижняя треть голени и стопа будут сами по себе.
Начал мыть кожу, потом раны, перекись водорода шипела и пузырилась. Парень уже не ойкал, а вскрикивал. Ничего не поделаешь, успокаивал я, раны надо обработать. Убрав грязь, насколько это было возможно, промыл раны и положил повязки с любимым йодопироном.
- Легче?- спросил я, когда завязал узел на повязке и уложил левую голень на пеленку.
- Легче, - ответил парень.
- Ну, и хорошо.

Внутривенная инфузия тоже делала своё дело. Боец начал согреваться и возвращаться к жизни. Взгляд был уже спокойным. Парня начало клонить в сон, когда я обработал и заклеил небольшое СОР на спинке носа - сущая ерунда. Мы укрыли его новым космическим одеялом (термо-одеяло), сверху положили тёплый шерстяной плед из гуманитарки, вчетвером подняли носилки и занесли в АСку для отправки в госпиталь.

- Выздоравливай, - сказал я.
- Спасибо, док, - ответил он.

Написано под Першотравным в октябре 2023 г.